Серебром своих глаз
окатил ты меня, одаряя,
На ладони твои
моя робкая страсть прилегла
Я любила тебя,
ты меня не любил, обнимая,
И на шее лазоревой жилкой
любовь замерла.
Я груди твоей нежно
коснусь и рукой и губами,
И в ресницах твоих
заплутает наш общий рассвет,
Ведь летает над нами
наш ангел-хранитель, летает,
Отгоняя крылами от нас
черных ангелов бед.
Этой ночью мерцающей
я подарю тебе негу,
В истомившемся сердце
полыхнет, все сметая, огонь.
Ничего не боюсь
и не верю ни в быль и ни в небыль,
Только губы мои
ты губами тихонечко тронь.
С лепестков твоих губ
упорхнет мотылек поцелуя,
И на атласе плеч
он оставит алеющий след.
«Аллилуйя тебе,
аллилуйя тебе, аллилуйя!» —
Из багровых высот
потрясенно шепну я в ответ.
Серебром своих глаз
окатил ты меня, отвергая,
На ладонях твоих
моя робкая страсть умерла,
Я запомню твой свет,
что меня так в ночи озаряет,
Но на веки мои вновь
сойдет равнодушия мгла.
Санкт-Петербург,
2 августа 1997 г

Поделиться в: